Кругосветное путешествие Алексея Камерзанова.  ЮАР, Свазиленд, Лесото

Кругосветное путешествие Алексея Камерзанова. ЮАР, Свазиленд, Лесото

  • 15 мая 2020
  • 0

Лимпопо – волшебное слово, ради которого нам пришлось изменить маршрут. Ведь, как выяснилось ещё на этапе планирования, Корней Чуковский в своём «Айболите» не так уж много выдумал. Калахари и Сахара – совершенно реальные пустыни, а Лимпопо – река, естественной границей разделяющая Зимбабве, Ботсвану и ЮАР. Разве мы могли проехать мимо такого знакового места? Конечно, нет! Ради чего тогда путешествовать?!

От не производящей никакого впечатления столицы Ботсваны Габороне, до ближайшего пограничного перехода всего 25 километров. Но ради Лимпопо мы удлинили маршрут ещё на 30 км и направились к неприметному погранпереходу, выводящему прямо к заветной реке. Неожиданно для себя мы устроили на КПП небольшой праздник. Выбежали все сотрудники и стали с искренним интересом рассматривать машины с инопланетными номерами и странным на их взгляд расположением руля.

– Здесь ещё никогда не проезжали русские, – с горящими глазами сказал нам один из пограничников. – Давайте сфотографируемся!

В общем, госслужащие дали волю эмоциям и напрочь забыли о запретах на фото- и видеосъёмку. Мы подарили им наклейки и рассказали о том, как долго ехали и как нам интересно попасть в Южно-Африканскую Республику. Когда восторги стихли, мы отправились оформлять документы.

– Бог ты мой! У вас что, нет виз в ЮАР? – кажется, девушка на паспортном контроле очень за нас переживала. Мы обстоятельно объяснили, что для россиян визы были отменены ещё в феврале 2018-го и беспокоиться не о чем. Но пограничница указала на экран компьютера, утверждавшего, что виза нам всё-таки нужна. Правда, дата рядом с текстом была весьма далека от сегодняшней.

– Подождите, позвоню на соседний погранпост. Там чаще обновления бывают.

Буквально через пять минут мы, улыбаясь, забирали проштампованные паспорта. Всё в порядке, виза действительно не потребовалась. Но нас ждал ещё один сюрприз.

– А кто у вас за таможенное оформление отвечает? – спросил я, чтобы закончить все формальности. У нас есть выбор: либо заштамповать Carnet de Passage, либо получить TIP (временное разрешение на ввоз автомобиля). Нам, конечно, интереснее сделать TIP, потому что наш Carnet истекает 28 августа, а продолжать путешествие мы планировали минимум до октября.

– А у нас нет таможни, – радостно улыбается пограничник. – Мы же маленький погранпереход, зачем она нам?

В самом деле, зачем? В общем, мы попали на так называемый двухсторонний погранпереход. Существуют международные переходы, которые могут проходить люди с любыми паспортами, а есть исключительно двухсторонние. То есть, к примеру, жители ЮАР по нему переходят в Ботсвану, а жители Ботсваны – в ЮАР. Но, к счастью, строгость законов Южно-Африканской Республики компенсируется необязательностью их исполнения. Нас пустили с условием – чуть позже всё равно сделать таможенные документы. Бывали случаи, когда люди просто лишались машин, нарушив сроки пребывания транспорта в стране. А таможня – именно тот орган, который непременно отметит, когда и на чём вы въехали.

– Езжайте на соседний КПП, там всё оформят, – продолжает улыбаться главный пограничник.

Так оно и произошло. Разве что ещё какое-то время нужно было потратить на то, чтобы объяснить, как мы попали в страну. Но в итоге всё обошлось. Нам дали временное разрешение на ввоз сроком на полгода, то есть до 2 ноября. А заодно в эту же декларацию вписали ноутбук и фотоаппарат с их серийными номерами, пояснив, что, если их украдут (а это вполне вероятно), искать будет легче…

 

 

Молодой пастух из Свазиленда. Почти 60% территории
этой страны занимают пастбища

 

ГОЛЛАНДСКИЙ СЛЕД

Первое, что бросается в глаза при въезде в ЮАР – это обилие названий на языке африкаанс, одном из 11 официальных языков страны: Блумфонтейн, Феринихинг, Амстердам. Но пусть вас не вводит в заблуждение его чудное название, по сути это диалект голландского, принесённый сюда несколько веков назад. Собственно, и началом истории колонизации юга Африки принято считать момент, когда сюда прибыли первые голландские корабли, то есть 1652 год. Разумеется, они не были первыми. До них здесь отметились португальцы, а ещё раньше многочисленные арабские каботажники, вечно сновавшие по западному и восточному побережью континента. Но именно голландцы, основав Ост-Индскую компанию, принялись активно осваивать территорию. Начал подтягиваться и простой люд, чаще всего обычные крестьяне – буры (bauer – по-голландски «крестьянин»). Условия неплохие, земли плодородные… Так в этой части Африки выросла голландская колония. Затем начались долгие перебранки с англичанами сначала из-за Наполеоновских войн (Голландия оказалась под властью Франции), а после было сложно сдержать энергичную британскую экспансию. Особенно когда за дело брались такие фанатики, как Сесил Родс, мечтавший объединить всю английскую Африку – от Кейптауна до Каира. Потом нашлись золото и алмазы, начались Первая и Вторая англо-бурские войны. Потом был долгий период апартеида, закончившийся только в 1994 году, когда последний белый Президент ЮАР Фредерик Виллем де Клерк передал бразды правления национальному герою и борцу за независимость Нельсону Манделе.

Сегодня ЮАР – это причудливый микс из голландского, английского и чисто африканского мира. Интересно наблюдать людей европейского типа, говорящих по-английски со странноватым акцентом. Это и есть те самые 15–20 % белого населения Южно-Африканской Республики, потомки первых переселенцев. Сначала создаётся впечатление, что это туристы, и чуть ли не каждому из них я задавал, как мне казалось, вполне резонный вопрос:

– А вы откуда?

И «туристы», немного удивляясь, отвечали, что они из Претории, Кейптауна, Блумфонтейна, что они здесь родились и выросли. И для них ЮАР – такая же родина, как и для зулусов. Это первая страна в Африке, где доля европейцев настолько велика.

 

 

  Официально уличная торговля запрещена, но этот запрет
постоянно пытаются нарушить

 

 

Облик многих африканских городов, формируют
здания колониальной эпохи

 

ОПАСНЫЙ ЙОХАННЕСБУРГ

Первыми большими городами на нашем пути стали Претория и Йоханнесбург. Складывалось ощущение, что мы в Северной Америке. Аккуратно отстроенная Претория с историческим центром, шикарными домами, торговыми центрами и газонами вызывает восторг. Нигде в Африке мы не видели столько порядка. ЮАР – действительно самая развитая страна континента. Правда, есть одна не слишком приятная деталь. На заборах почти всех приличных домов натянута проволока под напряжением, а на самих домах – таблички с предупреждением о том, что они находятся под охраной такого-то агентства. К сожалению, с безопасностью здесь много проблем. Йоханнесбург и вовсе считается не только одним из самых опасных городов Африки, но и всего мира. Невероятные истории об ограблениях прямо среди бела дня переполняют интернет-пространство. Мы поселились в апартаментах в одном из самых приличных районов – Сэндтоне. Ну а чтобы своими глазами увидеть происходящее в неблагополучных частях города, небольшой компанией отправились в самые бедные районы – Александру и Хиллброу.

Бывалые путешественники утверждают, что это едва ли не самое жуткое место на планете. Побывавший здесь Артемий Лебедев назвал непростое сосуществование бедных и богатых районов Йоханнесбурга «войной, которая происходит каждый день». Признаться, войны между белыми и чёрными, которую описывал Артемий, мы не обнаружили, но контраст между богатым Сэндтоном и нищей Александрой в самом деле чудовищный. В какой-то момент вдруг заканчиваются хорошие дома и начинаются одноэтажки. На улицах кучи мусора… При этом настрой у жителей более чем позитивный. В основном в открытые окна мы слышали: «Йо, бро, чо как? Вау, откуда вы? Сфоткай меня, чел!». Ни намека на агрессию, никто ничем в машину не швырял, никто не пытался отобрать у нас технику. Хиллброу оказался замусоренным кварталом с высотками. В остальном всё то же самое. Даже гигантский цилиндр Vodacom, не так давно захваченный чёрными сквоттерами, превратившими первые этажи в мусорную свалку, был очищен. В общем, трущобы на троечку. После виденного нами в северной части Африки и в Индии это просто комфортные условия существования. А в Эфиопии любой из этих районов вообще считался бы уютным чистым городком. Кстати, около цилиндра у нас произошёл смешной инцидент с полицией.

Рулил в этот день Миша Романенко, а я работал видеооператором. Для этого, само собой, пришлось отстегнуть ремень безопасности. Патруль, завидев нас, приказал остановиться. Ко мне (пассажиру) подошёл полицейский, и у нас состоялся следующий диалог:

– Добрый день, почему вы не пристёгнуты?

– Извините, мы фотографировали, и я не успел пристегнуться. А вообще, мы из России, едем вокруг света, и вот сегодня здесь, в Йоханнесбурге.

– Х-м-м, а резина-то у вас лысая. Кстати, вам придётся пройти освидетельствование на алкоголь.

История становилась комичной. Я пассажир, два года ничего не пил, но мне нужно дуть в трубочку.

– А что, я выгляжу пьяным? – удивлённо заглядывая в глаза темнокожему офицеру, спросил я.

– Если полицейский говорит, что надо пройти освидетельствование, значит, его надо пройти! И не спрашивайте меня, как вы выглядите.

Предвкушая весёлый аттракцион «проверка пассажира на бухло», я с радостью вышел из машины, прикидывая, как бы поинтереснее разыграть сценку. Тем временем блюститель порядка обходит нашу «Тойоту» и, глядя на сильно сточившийся за 83 тысячи километров протектор, снова цокает языком. И тут из-за руля выглядывает Миша и, обращаясь ко мне, говорит:

– Скажи ему, что в Кейптауне мы обязательно поменяем резину!

Суровый полисмен замирает, поднимает глаза на Мишу, смотрит на руль и издаёт печальный стон.

– Боже мой! Так что же, я всё это время говорил ни с тем человеком? Ты просто пассажир?

Мы не можем сдержать хохота и несколько минут предаёмся неконтролируемому веселью. Полицейский закрывает глаза рукой, он понимает, что облажался, не посмотрев, с какой стороны у нас руль. В качестве утешения мы дарим ему нашивку российского полицейского (у нас всегда с собой несколько штук на обмен и подарки). И вскоре он уже сам смеётся, желает нам счастливого пути и отпускает без всяких проблем.

Центр Йоханнесбурга без преувеличения заслуживает эпитета «африканский Нью-Йорк». Стильные высотные здания, парки, мосты. Правда, население в основном темнокожее. Друзья подсказали нам одно из интереснейших мест города – Montecasino. Здесь отдыхают состоятельные горожане. Развлекательный комплекс построен итальянцами в стилистике тосканской деревни: мощёные тротуары, бельё на верёвках, живая средневековая площадь с колокольней, театры, концертные залы, рестораны, киноклуб и прочие прелести жизни.

 

 

Отличные дороги и прекрасное настроение.
Мы мчимся по ЮАР!

 

 

В ЮАР водятся пингвины и при желании их можно потрогать

 

СВАЗИЛЕНД (ЭСВАТИНИ)

Въезд в ЮАР даёт возможность заскочить ещё в две страны – Свазиленд и Лесото. И если первая, помимо ЮАР, граничит ещё с Мозамбиком, то Лесото целиком и полностью находится внутри Южно-Африканской Республики. Обе страны можно пересечь всего за день, но мы не особо торопились.

Въезд в Свазиленд – проще не бывает. Не нужна виза, нет таможенного контроля, штампуй паспорт – и вперёд! Почти сразу после погранперехода дорога приводит в столицу страны – Мбабене. Тут всё как в ЮАР, только победнее. Те же магазины, те же сети заправочных станций, вывески, цены, да и в ходу южноафриканский ранд (к местной валюте он меняется по курсу один к одному). Основным отличием Свазиленда от ЮАР является его политическое устройство. Это королевство, и во главе страны – король Мсвати III. Его улыбающееся лицо смотрит на вас со всех рекламных щитов. Дело в том, что недавно у него был день рождения, и благодарные подданные таким образом поздравляют любимого короля с праздником. Кстати, король вовсе не пребывает в праздности. К примеру, несколько лет назад он придумал ребрендинг страны. Свазиленд – устаревшее название. На современных картах и официальных документах это Эсватини (Eswatini) – земля свати. Хотя, если честно, землю свати мы проехали практически ходом. Единственное, что бросилось в глаза – это огромные поля экспортной африканской древесины, которую тут заготавливают в огромных количествах. В остальном ничего выдающегося. Лесото оказалось значительно интересней.

 

 

Как африканским женщинам удаётся так ловко носить на голове
вёдра и канистры, так и осталось для нас загадкой

 

ЛЕСОТО

А вот в Лесото въезд только по визам. Самая обычная туристическая стоит ни много ни мало 150 американских долларов. Единственный плюс – её можно сделать онлайн за 72 часа. Но мы всё равно заказали их слишком поздно, и к моменту нашего появления на границе они ещё не готовы. Кроме того, в процессе заполнения я перепутал местами имя и фамилию Миши Романенко, поэтому на него визы вообще нет, а есть только подтверждение оплаты.

– Прорвёмся, – решили мы. Как всегда, как-нибудь договоримся.

Изначально планировалось пересечь всю страну: заехать с восточной стороны через перевал Сани Пасс и выехать уже на западе, со стороны столицы Лесото – Масеру. Асфальт исчез ещё за несколько десятков километров до границы. Впереди ухабистая пыльная дорога. Перед юаровским КПП табличка с предупреждением: «Дальше только машины 4х4». Южноафриканцы лениво, почти не глядя, штампуют паспорта и пропускают нас. Мы начинаем подниматься на Дракенсберг (Драконовы горы). После сотен километров идеальных асфальтовых дорог это выглядит как приключение! Мы пролезаем между камнями, круто забираем на 180 градусов и аккуратно разъезжаемся с редкими встречными. Отметка в 2 000 метров далеко позади, а подъём всё продолжается. На самом верху перевала стоит будочка пограничников, куда мы и идём сдаваться. Модель поведения выберем по обстановке. Если есть компьютер, подключённый к общей базе данных, значит, пограничники увидят, что одна виза ещё не выдана. Это, конечно, более сложный вариант, и Мишу могут просто не пустить. А вот если базы нет, то в ход пойдёт отработанная много раз история: «Ах, боже мой! Мы что, забыли распечатать?!». После приветствия я протягиваю паспорта и кучу бумажек – там и документы об оплате, и распечатанные визы.

– А никакой базы данных нет, – подмечаю я.

Пограничники просто берут паспорт, документы и ставят штамп. Доходит очередь до Миши.

– Как нет? Там должна быть виза. Мы что, забыли её распечатать?

Пару минут пограничники растерянно совещаются, а я размахиваю квитком об оплате. Зачем платить 150 долларов не имея визы? В конце концов нас пропускают, с условием что в первом же отеле мы её распечатаем. Кстати, она действительно придёт через час на электронную почту, как раз в момент, когда система примет исправления. Ну а пока нам хочется повеселиться, и мы снимаем видео о том, как Михаил Романенко нелегально пересекает границу Лесото. Ради этого главный герой даже залезает в кунг, стучит оттуда и просится наружу. В общем, всё вышло настолько реалистично, что большинство наших друзей и подписчиков поверили, будто мы провезли его нелегально.

 

 

ВЫСОКО В АФРИКЕ

«Самый высокий бар в Африке» – гласит вывеска над одной из забегаловок. Тишина. Никого вокруг. Дело к вечеру, и на улице откровенно холодно. Ничего удивительного, ведь мы у отметки 3 000 метров. По краям дороги появляется снежок. Чуть дальше виднеется надпись: «Afriski». Это единственное место в Африке, где можно покататься на горных лыжах. Действительно, пару месяцев в году в Лесото функционирует горнолыжный курорт, который называется Afriski (африканские лыжи). В сети полно подтверждающих картинок. Жаль, сейчас не июль месяц (по местным меркам, разгар зимы), мы бы зажгли как следует! В Иране, например, катались, а в Африке нет. Вокруг появляются национальные жилища Лесото. В отличие от наполовину прозрачных и продуваемых всеми ветрами соломенных хижин Танзании, Эфиопии или Замбии здесь всё построено основательно. Когда за окном настоящий минус, солома не слишком помогает. Здешние строения больше напоминают капитальные: камень, глина, черепица. Да и аборигены непохожи на обычных африканцев. На них национальные плащи-накидки, которые защищают от холодного ветра. Они весьма приветливо фотографируются и не просят ничего взамен, что для Африки весьма необычно. Рассматривая одного из них, я никак не мог взять в толк, что это за тёмные лосины у него на ногах. Зачем они парню? В них теплее? Через пару минут до меня дошло – нет никаких лосин, это просто голые ноги… Быт и сервис в Лесото вполне приличные. Повсюду вывески «Hotel», «Guesthouse». В них вполне приличная кухня и Wi-Fi. Мы ничего не бронировали заранее, а просто заехали в первый же приличный, на наш взгляд, гостевой дом.

 

 

Чтобы увидеть животных, совсем необязательно заезжать
в национальные парки. Часто они стоят прямо у дороги

 

ВГЛУБЬ СТРАНЫ

Проехать всю страну по шоссе было бы слишком просто, поэтому мы выбрали самую тоненькую дорожку карты, ведущую с востока на запад. По крайне мере путеводитель по Лесото относил её к категории Extreme 4x4, off-road. Но мы привыкли к языку путеводителей и особо не обольщаемся. Ничего экстремального, просто нет асфальта. И действительно, дорога вполне сносного качества, обычная горная, без асфальтового покрытия. Мы проезжали небольшие деревушки, где нам традиционно махали руками и что-то кричали местные. Фотографии жителей Лесото не спутать ни с чем. Как мы сказали, они не похожи на остальных африканцев – таких нарядов мы никогда ещё не видели. Периодически встречались алмазные разработки, мини ГЭС. Лесото поставляет в ЮАР питьевую воду. Здесь она в огромном количестве собирается в горах и небольшими речками устремляется вниз с Драконовых гор. В середине страны есть даже несколько колоритных водопадов, но у нас нет времени менять маршрут. Понятно, что это не Виктория, но картину страны может дополняет весьма неплохо.

Масеру, столица Лесото, похожа на свазилендский Мбабене и находится прямо на границе с ЮАР. Хозяин гостевого дома был в полном восторге, оттого что впервые в жизни увидел машины из России. Отдельные туристы из нашей страны здесь иногда бывают, а вот машины – первый раз. В порыве щедрости он даже подарил нам национальную шляпу, изображённую на флаге. Выезд в ЮАР оказался простым и беспроблемным. Никто не спрашивает таможенных документов, потому что формально наши машины заехав в ЮАР, так никуда и не выезжали. Хотя фактически мы уже три раза пересекли границу. Напоминаю, строгость южноафриканских законов компенсируется необязательностью их выполнения.

 

НА ЗАВОД TOYOTA

В декабре 2014 года, просматривая ПТС только что купленной Toyota Hilux, я с удивлением обнаружил, что машина изготовлена в Южно-Африканской Республике на заводе в Дурбане. Прокладывая маршрут по Африке, мы учитывали, что нам обязательно нужно заглянуть на малую родину моего Hilux. С раннего утра мы уже нарезали круги вокруг огромного производственного квартала компании. Отдельно были обозначены цеха Corolla и Hilux. Не верилось, что пять лет назад и моя выносливая и преданная красавица стояла здесь же в длинной череде машин на отгрузку в другой, правосторонний мир. После полуторачасовой проверки и бесконечных согласований нам, наконец, разрешили поснимать на главном входе завода. Путь домой составил ровно 80 226 километров своим ходом, причём через 30 стран. Не все могут похвастать такими приключениями.

 

 

В ЮАР мы сделали самое большое ТО за всю историю экспедиции

 

КЕЙПТАУН

Следующие дни были предельно яркими. Мы мчались по так называемому Garden Route (Садовому маршруту) – дороге фантастической красоты. Разумеется, нужно было заехать на Мыс Игольный, где встречаются Индийский и Атлантические океаны, заглянуть на мыс Доброй надежды, подняться пешком на Столовую гору. Да и сам Кейптаун, на наш взгляд, оказался одним из красивейших городов Африки. Перед началом следующего этапа я прилечу сюда немного пораньше, чтобы подготовить машину – дорога до экватора будет не сахар. Так что же нужно будет сделать после 82 500 километров пробега?

  1. Прежде всего заменить шины. Резина 315/75 R16, поставленная ещё в Новосибирске, сношена в ноль. Из шести колёс осталось 5 (одно вместе с диском выбросили в Зимбабве, после того как оно взорвалось). На остальных не осталось протектора. Уже в ЮАР меня три раза тормозила дорожная полиция и обращала внимание на его отсутствие. Берём шесть новых колёс, правда, чуть меньшего размера – 305/70 R16.
  2. Защита в нескольких местах проржавела и отвалилась ещё в Ботсване. Всё это время мы возили её на крыше. Больше всего проблем принесла долгая стоянка в Дар-эс-Саламе в очень влажном климате. Там у нас ещё заржавел стартер. Восстанавливаем, нарезаем резьбу, делаем новые крепления.
  3. Общее ТО с заменой масла в двигателе, мостах, заменой тормозных колодок, проверкой жидкостей.
  4. Установка и погрузка всего того, чем снабдил нас наш партнер «Полиуретан»: втулки, стяжки, чехлы для ножей, топоров, хайджеков и множество других полезных вещей.

Благо, в ЮАР есть всё – и колёса, и запчасти! Максимум три дня – и наши машины будут готовы мчать дальше, в Намибию.

 

Текст Алексей Камерзанов
Фотографии автора и участников экспедиции