Камчатка. Место, в котором обязательно нужно побывать

Камчатка. Место, в котором обязательно нужно побывать

  • 4 декабря 2020
  • 0
Ещё в детстве, разглядывая фотографии и рисунки вулканов, меня всегда интересовало: а может ли человек пройти вдоль кратера? Что там, на самом краю жерла? Для поисков ответов на эти вопросы мы отправились на Камчатку. Облака под нами плотные и ослепительно белые.

Смотреть на них было решительно невозможно, и я, откинувшись в кресле «Боинга», продолжил читать путеводитель. Географически Камчатка –  полуостров, но сообщение с ним только воздушное и морское. И это при том, что штормы и туманы здесь не редкость. Часто бывает, что из-за непогоды аэропорт закрывают, а приходящие рейсы разворачивают и отправляют аж в Хабаровск. Вот и сейчас, похоже, тот самый случай... Но нет, в облаках появились разрывы, и в иллюминатор стали видны Авачинская бухта, порт с разноцветными корабликами у причала и множество панельных многоэтажек, раскиданных по сопкам. Самолёт, присев на хвост, уверенно потянул на посадку.

Высокий улыбчивый парень рядом с серебристым внедорожником держит в руках табличку с моей фамилией. Знакомимся. Это Игорь, наш проводник и его Toyota Land Cruiser 70. Загружаем в багажник походную поклажу и размещаемся в салоне — он аскетичен, но очень удобен, лишь правый руль непривычен для москвича. Машина лихо маневрирует по городу, а я всё ещё пытаюсь нажать на несуществующие педали.

ДОРОГИ

Весь следующий день был посвящен дорогам. Они здесь самые разные – от жёсткого грейдера, на котором мы гнали под 100 км/ч, не жалея старенькие «гудричи», до симпатичных грунтовок с сухой красной колеёй, устланной хвоей лиственницы. Иногда на пути попадались делянки с застывшей в разнообразных позах лесозаготовительной техникой и мужичками, уютно дремлющими в обнимку с огромными чайниками и злыми собаками. Наш гид уверенно утверждал, что сколько он тут ни ездит, эта картина остаётся неизменной. Похоже, что камчатским лесам серьёзная вырубка пока не грозит.

Основной транспорт в этих местах – «Шишиги» (ГАЗ-66) и «КАМАЗы». Но сели мы в общем-то только один раз – машина соскользнула в глубокую колею и легла на мосты. Впрочем, красный логотип Warn на борту был наклеен не для красоты, и наш проводник играючи показал мастер-класс по вытаскиванию почти трёхтонного автомобиля, зацепившись за одну сосенку толщиной в руку. В целом «семидесятка» держалась молодцом. Брод через реку Студёную взяли просто ходом. Игорь даже загнал свой Land Cruiser попозировать на камешки. Машина целый день честно лазила по валунам, грязи и речкам.

Опушка леса неожиданно закончилась, и открывшаяся картина поразила воображение. Антрацитовое поле! Повсюду, куда хватает глаз, угольно-чёрный песок с вкраплениями кирпично-красных камней и островков бледно-зелёных лишайников. Редкие деревья отступили, и остались только обожжённые и выбеленные солнцем остовы старого леса, росшего здесь ещё до того, как проснулись вулканы. Всё вокруг пронизано мрачным величием сотрясшей мир катастрофы, когда с неба валит горячий пепел и шлак. А на горизонте в рваной паутине облаков и туманов реяли шлаковые конусы виновников этой трагедии.

ВУЛКАН ТОЛБАЧИНСКИЙ

Идём по старым лавовым полям – останкам огненных рек, источенным водой и ветром. Равнина усыпана мелким песком шлака, из которого торчат глыбы камней, напоминающие произведения безумного скульптора. Вот схватились Чужой и шипастый космический ёж, а здесь спешит леший, прихрамывая на все три ноги, а вот этот камень – явно рогатый демон, застывший страж этих мест.

Толбачик встретил ветром, снегами и чёрными обелисками скал. Белёсый морок царствовал вокруг. Он скрывал расстояния, а звуки в нём вязли и тонули, будто их и не было. Поднимаясь по пологому склону, мы гадали, какие же препятствия преподнесёт нам гора за очередным поворотом. Наверное вот так же, прорываясь к огненной горе, чувствовал себя Фродо, неся кольцо всевластья по страшным долинам Мордора. На высоте более 2 500 метров мы наконец-то прорезали первый слой облаков. Неожиданный порыв ветра разогнал пелену, и в вышине заблестел пик снежной пирамиды. Толбачик, смилостивившись, явил нам свой лик.

КРАСНЫЕ КОНУСЫ

На Камчатке горы растут быстро. Но никто не ожидал появления новой сопки рядом с уже потухшей Толбачинской. Однако в 1975 году твердь опять задрожала, и через открывшийся разлом начали вылетать раскаленные камни. Из земли вырвалась огненная свеча высотой в два с половиной километра. Облако пепла и дыма поднялось на 18 километров вверх и накрыло всё в радиусе 800 километров, а на месте извержения и рядом с ним начали расти новые конусы. Полгода бушевали здесь духи огня, уничтожив лес на площади более 400 квадратных километров.

Подъём на новорождённые горы был недолгим. Шёл мелкий дождик, но снизу тянуло теплом. Повсюду лежали камни самых разных оттенков. Попалась даже пара ярко синих минералов. Местами из-под ног вырывался горячий воздух, будто внизу работала мощная печь. На одной из таких отдушин я попробовал подсушить мокрый свитер, но сила жара была такова, что одежда начала тлеть, толком даже не просохнув. Возвращались уже в сумерках, обходя громады вулканических бомб. На одной из них заметили табличку – «Здесь каждый камень служит напоминанием о погибших вулканологах».

КОСОЛАПОЕ СЕМЕЙСТВО

Дорога, петляя, спускалась с гор. Хватаясь друг за друга на кочках, мы как-то незаметно завели разговор о медведях. О том, что нужно делать, когда увидишь Топтыгина. Что лучше: прятаться или отпугивать? О том, что самый опасный зверь – мамаша с пестунами. За болтовней въехали в высокий лес, с обочины в кабину просовываются гроздья жимолости и голубики. Вдруг машина резко останавливается: «Смотрите! Там, впереди». Огромная бурая медведица с деловито поблескивающими глазами поднимает голову и втягивает носом запах. У её ног суетятся небольшие чёрные медвежата. Руки и ноги сразу холодеют, в голове крутятся нехорошие мысли... Так, медведица и два медвежонка. В пятидесяти метрах прямо на дороге. Классика! Медвежата любопытны, могут побежать к машине, а их мама на взводе и готова нанести упреждающий удар. Она смотрит прямо в глаза. Медленно идёт к нам. Вот она уже на расстоянии броска. Ребята медленно достают фотоаппараты и делают несколько судорожных кадров. Срабатывает вспышка и семейство, чуть замешкавшись, ныряет в придорожные кусты. Мы же двинулись дальше, с трепетом переваривая увиденное.

ЭКСКУРСИЯ В ПРОШЛОЕ

В Эссо заглянули в местный краеведческий музей. Симпатичная девушка экскурсовод с круглым добрым лицом и раскосыми глазами, застенчиво улыбаясь, приглашает нас в зал. Здесь царство мехов, камней и вымоченного водой, высушенного солнцем и ветром дерева. Мир древних народов Камчатки – эвенков и коряков. Эвенки одни из немногих смогли практически полностью приручить оленя. Известно, что они практиковали и верховую езду, тогда как остальные северные народности использовали нарты. Экскурсовод подходит к макету чума. Несколько жердей, обшитых разноцветными шкурами, скромный очаг и нехитрая утварь. «Так прошло моё детство. Я маленькой кочевала с родителями по тундрам северной Камчатки. А вот это детская одёжка», – девушка показывает на маленький комбинезон из шкур с украшениями из меха и специальным клапаном на случай смены «подгузников», которые делали из высушенного мха.

Если эвенки в основном кочевали с оленьими стадами и жили в чумах, то коряки – охотники и рыболовы – стали оседлым народом. Старинный корякский дом был фантастическим сооружением. Представьте себе деревянную избу с огромной воронкой на крыше. Входа снаружи нет, но от избы длинной кишкой тянется деревянный тоннель с узкой дверью в самом конце. Когда сугробы достигали многометровой высоты, снаружи оставалась только эта воронка. Ветер же, гуляющий на бескрайних равнинах, натыкался на неё и попадал в своеобразную аэродинамическую ловушку, где закручивался в вихревой поток и сбрасывал весь снег с крыши. Удивительное решение!

НОЧЬ НА ВОДАХ

На очередном повороте Toyota резко тянет к обочине, и планирует к ближайшим кустам. Удручённый пилот пинает пробитое колесо. Придётся ставить запаску, но её состояние таково, что можно доехать лишь до ближайшего шиномонтажа. Если получится. «А давайте переночуем здесь! Тут неподалёку есть знаменитые на всю Камчатку источники минеральных вод и геотермальные скважины. Искупаемся, а я пока перебортирую колёса», – наш проводник как всегда полон оптимизма, и мы сворачиваем в насёленный пункт Малки.

Эх, минеральные воды... Думая о таких местах, я всегда представлял дам в шляпках под зонтиками, чинно выгуливающих крошечных собачек вокруг каменных фонтанов. Пансионат, граждане, утомлённые солнцем и боржоми с нарзаном. Увы, Малки внесли в эту идиллию совсем другой колорит. Фактически источник представляет собой трубу, изливающуюся в небольшие озерца, между которыми петляет ручей. Вода не сказать, чтобы совсем грязная, но и чистой её не назовёшь. Скорее илистая. А вокруг этого пейзажа слоняются отдыхающие, периодически залезая в эти озерца. На вытоптанных газончиках стоят десятки автомобилей всех возможных марок и моделей. Объединяет их одна черта – оглушительная музыка через распахнутые двери. Не могу сказать, что пережил лучшую ночь в своей жизни. Правда наутро история имела неожиданное продолжение в виде весёлой очереди из страдальцев, просящих «прикурить» севшие аккумуляторы своих автодискотек.

ГОЛОВА И ВОРОТНИК

Знаете, как в стародавние времена украшали сахарные головы? Их оборачивали в холст, так чтобы высовывался белоснежный конус, обрамлённый снизу чёрным воротником. Часто даже вешали галстук-бабочку на месте верхней пуговички. Именно так и выглядит Авачинский вулкан.

Дорога, поначалу казавшаяся совсем простой, по мере набора высоты всё более обретает черты настоящей горной. В русле реки прорезался глубокий каньон, грунтовка резко сузилась и начала выписывать коленца между камней и обрывов. Тем не менее по ней туда-сюда снуют японоджипы и вахтовки на базе «КАМАЗов». Оказывается, у подножия вулкана разбит большой лагерь, и вчера состоялось массовое восхождение на вулкан.

«...Здесь по утрам всегда туман, но к обеду может и растянуть. А может и нет. Идём?» Свитеры, непродуваемые ветровки – и мы ступаем на тропу.

Особенность камчатских гор в резкой смене ландшафтов. Вот бредёшь вроде по густому лесу с берёзами и соснами, ягодами и грибами и вдруг оказываешься на полянке. Но это и не полянка вовсе, а шлаковое поле, и лес на нём стоит мёртвый, сожжённый. А дальше только камень и серый шлак, ещё выше – снег и ручьи, прыгающие по скалам. Часа через два крутого подъёма в надежде вырваться из висевшего вокруг тумана и всё же увидеть «сахарную голову» вблизи поняли, что нашим мечтам не сбыться. Мрак вокруг только сгущался, пошёл холодный дождь вперемешку с крупой. Решили вернуться назад в теплый вагончик спасателей.

ДОРОГА В НЕБО

Солнце здесь тоже появляется внезапно. Только оказались в пригороде Петропавловска, как оно враз залило все окрестности. Едем по трассе возле Вилючинска. Грейдер плавно забирает вверх, и с одной из сопок открывается вид на зелёную долину в теснине гор, с синей лентой реки, петляющей между скал, и дорогой, серпантином взлетающей в самое небо.

«Это дорога на Мутновскую геотермальную. Видите столбы, установленные по краю? Стоят здесь, чтоб зимой бульдозер, который зимник делает, не заблудился. Снега набивается выше этих кустов», – Игорь машет рукой на стланик и объясняет что-то ещё, но я уже не слышу. Ветер и шум мотора срывают его слова и уносят куда-то далеко вниз.

ГОРЕЛЫЙ

Так что же представляет собой край кратера вулкана? Всю жизнь хотел посмотреть! Оказалось, что это тропа в ширину стопы. С внешней стороны обрыв из скользкого пепла и глины, а с внутренней – красные камни жерла, уходящие уступами в бездну, откуда поднимается ядовитый газ и блестит бирюзой кратерное озеро. Вообще газы выходят из-под земли не просто так, а через так называемые фумаролы. Они обычно окружены жёлтыми кристаллами серы, и в воздухе носится запах тухлых яиц – сероводород. Спасаясь от этого аромата, от которого начинает щипать в носу и появляется кашель, мы добрели до небольшой площадки на склоне вулкана Горелый. Внизу перед нами был не один, а сразу три кратера. В самом большом – пресноводное озеро, а в следующих, отделённых скалой, озера кислоты и несколько фумарол, из которых валил белый дым. Извержение здесь было в 1980-х годах, но говорят, что сейчас температура кислоты повышается и потому постоянно ведутся наблюдения. Спускаясь к машине, я оглянулся. Странный всё-таки он, этот Горелый! Снизу казался простым холмом, и ведь не скажешь, что настоящий вулкан.

ЖЁЛТАЯ ПЫЛЬ

К Мутновскому ехали, преодолевая косогоры и уклоны под 30 градусов. Иногда пассажирам приходилось спешиваться – гружёная машина, проскальзывая на камнях, ползла там, где я и на ногах-то перемещался с опаской. Хотя за всю дорогу мне пришлось испугаться, пожалуй, только однажды, когда, форсировав каменистую речушку, выбрались на снежник и поехали по нему вдоль трещины. Снег обрушивался пластами, и быстрорастущая трещина подбиралась всё ближе, загоняя нас на скалы. С почти критичным креном, но все-таки удалось вырваться из западни. А вскоре мы были уже у подножия вулкана. «Сейчас пойдём в кратер. Будьте внимательны, не подходите к краю фумарол и грязевых ванн. Вот памятник парнишке, который хотел рассмотреть всё поближе». Проводник серьёзен. Мы, притихшие, осторожно переходим наклонное снежное поле. Солнце жарит вовсю, и на ледяной корке сугроба появляется водяная пленка. Хорошо хоть ветер наносит каменную крошку и идти не так скользко, как кажется поначалу. Поднимаемся навстречу столбам дыма. Стенки кратера отвесные, видно несколько совсем свежих осыпей.

Есть истины, которые каждый должен постичь сам. Например, что наша планета – живое существо. И она дышит! Её дыхание кажется нам смрадом, но оно такое, какое есть. И этот кратер тоже живой. Десятки фумарол извергают белый дым. Огромный ледник падает на них и тает, сбегая мутными ручьями в долину. Чуть в стороне рождается маленький гейзер. Кипя и фыркая, он силится поднять фонтан прозрачного кипятка. Перед нами провал. Совершенно чёрный. И в нём глубоко-глубоко что-то натужно булькает. А в двух шагах через разлом в земле вырывается горячий газ. Он оседает вокруг зернами серы, и они хрустят под ногами, покрывая ботинки ярко-жёлтой пылью. Снизу всё дрожит, чувствуется что это крышка над огромной кастрюлей, из-под которой уже вырывается пар. Ещё чуть-чуть и она слетит.

* * *

Встретились с группой туристов, пришедших с геотермальной станции.

– А Мутновка-то, похоже, опять разошлась!

– Ну да, в прошлом году было намного спокойнее. Ладно, ребята, пойдёмте отсюда.

И как бы продолжая наш разговор – шипение очередной вскрывшейся фумаролы. Земле надо сделать выдох, и никто не может ей в этом помешать...

По теме: КАМЧАТКА. ЛЮДИ В ГОСТЯХ У МЕДВЕДЕЙ